Category: армия

Category was added automatically. Read all entries about "армия".

Sanda

(no subject)

Утро понедельника. Спят солдаты идеологического фронта. Снятся им будущие битвы, тревожит сквозь сон эхо информационной войны. Но чу, просвистел в ленте первый робкий фейк. "Новость дура, перепост молодец,"- уже поучает проснувшегося ни свет ни заря хипстера пожилой политолог. Вот просыпается неполживый журналист, его оружие - вчерашнее, надежное, непроверенное. Вот закуковал сатирик, его бездарное стихотворение полюбится многим, главное не талант, а участие на правильной стороне фронта. Вот выкатывает свои пушки официальная пропаганда. Грубо, но с места не сдвинешь.
Вот просыпается творческая интеллигенция, она всегда кучкой, повторяет одно и то же, жмется друг к другу и всегда живет при кухне.
При этом, кухню ругает последними словами. На фронтах ее любят. За чувство локтя, отсутствие анализа ситуации, лихую брань в сторону противника и умение маскироваться под гонимых очкариков.
Вот вылезла, потягиваясь, первая аналитическая статья автора, который нигде не был, ничего не видел, но мнение имеет. Вот пошел до ветру репортаж с места событий, отважные интервью с таксистами - его отличительный признак. Вот ожил вчерашний ожесточенный спор на темы геополитики, два предпенсионных школяра разворачивают дивизии с востока на запад и южнее.
А здесь бабахнуло шокирующее фото, датированное воскресеньем, снятое лет десять назад совсем в другой стране.
Оживают окопы. Тенькает синичка. Вставай и ты, дружок.
Sanda

(no subject)

А думаю я, дедушка Николай Лаврентьевич, обо всякой ерунде, о том, что у меня загранпаспорт закончился, да о том, какого цвета море сейчас в Севастополе.
И о том, что бы ты, интересно, сказал о нашей нынешней жизни. Как стратег и как профессор Морской академии, историк и теоретик русского флота. И о том думаю, что твой папа Лаврентий Николаевич, был тоже морским офицером, защитником Севастополя. И о том, что дедушка твой тоже был морским офицером, тоже на Черноморском флоте. И за ним все сплошь офицеры, кавалергарды, дворянство не столбовое, а военное, служилое, петербургское.
И о том думаю, как романтично и возвышенно выглядят из наших дней ваши битвы и стратегии. И какими маленькими, странными, но куда более разрушительными для людей, стали битвы нынешние. А мы сами, дедушка, какие незначительные.
Понимаю, дедушка, что и у вас там ( далеко-далеко, дальше Дальнего Востока, где твой папа похоронен, согласно последнему месту службы на флоте Тихоокеанском) была своя мелкотня и трутни, свои свинтусы и свои оболтусы, алчные предатели и прихлебатели, всякого сословия.

Но все ж хочется думать, что все было как-то покрупнее, понарядней да поблагородней. Вот и уважаемый человек Юрий Арабов сказал мне как-то, что мельчает все. Посмотрите, сказал, Катя, раньше-то были динозавры, а сейчас что? Лягушки.

Хотя вспомним совсем далекое, греков наших, от которых мы с тобой произошли. Битва мышей и лягушек, а, дедушка?
Так вот и живем, так и путаемся в мышах да лягушках на наших больших и благородных континентах с большой-большой историей.
А потом неровен час, дедушка, мышка бежала, хвостиком махнула, яичко-то и разбилось.

Жалко, дедушка, что ты так давно умер, что я тебя не видела и не поговорила ни разу с тобой. О мышах да лягушках. О крейсерах да эсминцах, которые я разглядываю на картинках в твоих книжках с ятями. О судьбах и стратегии, о правде и неправде, о войне и мире.

И о том, что изменилось, а что совсем нет, со времен твоего далекого далека, дедушка. Как ты писал в одной из своих книг, как всегда, страстно критикуя положение дел: "Если во время войны оказывается, что нижние чины великолепны, младшие офицеры очень хороши, штаб-офицеры хороши и посредственны, а высший командный персонал никуда не годится, это ясно показывает, что в мирное время делался отбор для движения вперёд слабых в военном отношении, как в смысле знаний, так и в смысле характера. И потому делался такой отбор, что среда этих качеств не понимала, не ценила, не уважала, а ценила качества совсем другие, в военном деле второстепенные."
Уж если в военном деле так, что ж о мире говорить, дедушка.

vettriano

День "войнушки"

Как-то в начале марта ездила я на кинофестиваль в город Архангельск. Мороз двадцать пять градусов, сверкающая свежим снегом под лучами солнца Северная Двина. Много плохих фильмов. Местные жители, рассказывающие про северное сияние (не про коктейль, а про природу).

В один из фестивальных дней в развлекательных целях нас повезли на знаменитый военный завод "Звездочка", выпускающий атомные подводные лодки. Гигантские цеха с разрозненными частями "подводок". Крупное рыло очередной атомной скотинки, еще не собранной в единое устрашающее целое.

Collapse )
vettriano

А вот у нас в полку был случай...

Ничего не поделаешь, я с детства была довольно милитаристски настроенной девочкой. Причина была в отсутствии большого выбора. Играть с девочками было скучно, а с мальчиками интересно. Что хорошего в искусственном вскармливании пластмассовых пупсов, я не понимала, да и сейчас люблю вскармливать только живое, от щенков до младенцев и мужчин (так, сейчас не об этом).
А мальчики - известно что: войнушка, казаки-разбойники, футбол-хоккей (я на воротах любила стоять). Ну и всякие солдатики-ковбойцы, пестики-ружья, самодельные луки из "клена ясеннолистного" с выструганными собственноручно стрелами.

Потом начались мои "собачьи" увлечения, которые были немыслимы без чтения всяких книжек по служебному собаководству с их незабываемо-специфическим лексиконом: " Нажмите собаке на круп. Огладьте. Дайте лакомство." И иллюстрациями, на которых были изображены бойцы-дрессировщики СА с овчарками.
Отличные, кстати, были книжки, очень полезные, даже (а иногда особенно) те, что очень старые. Ну кроме "Служебного собаководства" 1954 года, в котором в разделе "Племенное разведение" сперматозоиды в борьбе с космополитическими терминами назывались "живчиками", и на полном серьезе пропагандировались воззрения Трофима Денисовича Лысенко насчет наследования приобретенных признаков.

От большой любви к дочке даже мой мирный папа был вынужден стать членом ДОСААФ, чтобы я могла заниматься на дрессировочной площадке с моей первой собакой. Меня, десятилетнюю, в ДОСААФ не брали, туда можно было только с 18 лет, как в армию.

В это же время мы с мамой ездили к моему старшему брату, он служил в ракетной части, в Кубинке (я не выдаю военную тайну? не пишу, как пройти к ракетной установке?).
Брат там был какой-то странный, нервный, раздражительный. Я на него сердилась, а мама говорила, что он просто несчастный. Я не понимала, почему в армии и несчастный. У него же такая красивая форма, а рядом - боевые товарищи.

С тех пор я еще несколько раз бывала в военной части. В питомнике военного собаководства "Красная Звезда" под Дмитровом. Мы с подругой, тоже экспертом-кинологом (ну да, такое профессиональное хобби у меня, киноведа, если кто не знает), туда ездили, чтобы консультировать тамошних "спецов" по вопросам разведения немецких овчарок. Было мне уже лет восемнадцать или чуть больше. Огромная территория питомника радовала. Солдатики там тоже были довольно несчастные, а собаки - вполне счастливые, хорошо кормленые, особенно на племенном питомнике.
Да и на "рабочем" тоже ничего.

Помню, как нам удалось даже поругаться с подполковником Довженко из-за каких-то щенят, которыми офицерский состав приторговывал не без выгоды для себя. Я принципиальная тогда была - куды бечь! Дело закончилось тем, что нам предлагали взятки этими самыми щенками, чтобы мы никому не рассказывали о безобразиях в части. Мы гордо отказались, уехав оттуда на автобусе и глядя в заднее стекло. За автобусом по снежной "каше" бежал прапорщик Смелов, держа в обеих руках покорно свисавших полуторамесячных щенят, которые, по замыслу военных, должны были обеспечить наше с Ленкой молчание. Славные были щенки, высокопородные, правильно выращенные и дорогие, каждый стоил примерно две хороших зарплаты в то время.

Вот и все мои воспоминания об армии. Я ж все таки девочка, а не мальчик получилась, несмотря на все игры в войнушку и дрессировку служебных собак.
За то, что весь мой милитаризм и военщина закончились в раннем детстве, и мне не надо служить в армии, я благодарю Всевышнего не менее истово, чем мусульманин своего Аллаха за то, что он создал его мужчиной.

А защищать меня надо. Или от меня, тоже бывает.
Так что, всех, кто празднует, с праздником! И кто защищает - пусть защищает и впредь.
По старой памяти вот вам фотографии защитников с их верными друзьями и помощниками. Это друг:



Collapse )
vettriano

В. Брыксин, продолжение. Для манИаков неизящной словесности

Итак, наш сериал начинается. То есть - продолжается. Виктор Брыксин "Любовь в капкане".
Там дальше про войну.

Collapse )